Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Вплоть до мокрого снега. Какой будет погода в Беларуси на следующей неделе
  2. Конфеты с цианидом. Рассказываем о страшном преступлении, которое изменило Хеллоуин навсегда
  3. Росстат прокомментировал атаку «Киберпартизан» и Silent Crow
  4. Что происходит в Польше: «государственный переворот» или «восстановление верховенства права»?
  5. Служил в спецназе, сидел за мошенничество, был за БЧБ, а потом — против. Рассказываем о самом экстравагантном музыканте Беларуси
  6. Старшему 94, младшему чуть больше года. Эвакуированные из Алешек через Беларусь прибыли в Украину — первые кадры
  7. «Я разорвал КГБ очко и оставляю вам его в подарок». Ковригин рассказал, как тайно съездил в Беларусь и остался незамеченным
  8. В Беларусь придет арктический воздух: синоптики рассказали, какой будет погода в ноябре


Разговоры о поставках Украине западного вооружения, кажется, еще долго будут актуальными. Владимир Зеленский почти без остановки просит союзников ускорить этот процесс и критикует их за задержки. Но почему с поставками оружия существует такая проблема? И почему Украина не получает все, о чем просит? «Зеркало» задало эти вопросы эксперту в военной сфере Европейского совета по международным отношениям (ECFR) Густаву Гресселю.

Фото: пресс-служба президента Украины
Визит президентов Франции и Румынии, глав правительств Германии и Италии в Киев, 16 июня 2022 года. Фото: пресс-служба президента Украины

Грессель отмечает, что вопрос поставок в Украину европейского вооружения — «это довольно обширная тема». А причины наблюдаемой медлительности со стороны Евросоюза делятся на настоящие и мнимые.

— Настоящие заключаются в том, что в европейских армиях мало что есть в запасе. Возвращение к жизни техники, которая интенсивно использовалась и была законсервирована в течение многих лет, требует времени. К тому же нужно время на ее техническое обслуживание и обучение экипажа для взаимодействия с ней. Чем техника сложнее, тем больше времени требуется. Это не тот процесс, который происходит быстро, даже если мы этого очень захотим.

При этом, отмечает эксперт, есть и фальшивые причины для дебатов. Они, по мнению Гресселя, стоили Евросоюзу месяцев, которые тот мог потратить на ремонт техники.

— Я говорю, например, о боязни мести со стороны России, страха стать участником войны. Такое мнение глубоко укоренилось не только у [канцлера Германии] Олафа Шольца и Социал-демократической партии, но и у некоторых людей, занимающих посты в Вашингтоне. Это все усложняет: вместо спланированных и скоординированных усилий союзников мы видим миротворческие усилия. Это плацебо. В США многие аналитики не могут избавиться от опыта войны в Ираке или Афганистане. В Афганистане борьба с повстанцами, вооруженными автоматами Калашникова, несколькими пушками и танком не требовала очень много сложной техники. Но в войне между двумя промышленно развитыми странами и двумя крупнейшими сухопутными армиями в Европе это не работает.

Кроме этого, Густав Грессель отмечает, что в мире до сих пор сохраняется «детская вера в превосходство западного оружия».

— Люди думают, что все советское — это мусор, а любая западная система вооружения — это непобедимое чудо. Это не так. Эффективность в бою в большей степени определяется способностями командиров и доступностью данных или сетей передачи данных. Направляемые Украине РСЗО M270 будут практически так же эффективны, как украинская система «Ураган» (отметим, что максимальная дальность стрельбы M270 составляет до 80 километров, в то время как «Ураган» бьет менее чем на 40 километров. Также M270 использует управляемые снаряды, которые даже при стрельбе на огромные дистанции попадают в круг всего в 7 метров диаметром, тогда как советские РСЗО бьют по площадям, имея в разы меньшую точность. — Прим.ред.). Более эффективны, чем российские РСЗО, они будут только из-за лучшего обучения офицеров и командования Украины. Однако просто их наличие чуда не сделает. Несколько западных пусковых установок на 1200 километров фронта — это шутка. Независимо от того, насколько они хороши. Я пытаюсь объяснить это людям день и ночь, но они мне не верят. Это как разговаривать с лошадьми.