Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Главные герои произведений — Калиновский и репрессированные друзья. Пять пунктов о величии этого классика беларусской литературы
  2. Не в консульствах. Где будут брать отпечатки пальцев у беларусов с иностранными ВНЖ и паспортами
  3. «Могилев, че за взрыв?» В Threads обсуждают возможный дрон — спросили в МЧС, что это было
  4. «Идеология выживания любой ценой». Статкевич резко высказался о письме бывших политзаключенных к Евросоюзу
  5. Сын главы МВД возглавил Центральное РУВД Минска
  6. В Бресте мужчина убил жену и тещу
  7. Известный онлайн-кинотеатр заблокировали в Беларуси. Теперь банкротится связанная с ним компания
  8. «У вас только один выход — СВО». Поговорили с беларусом, который отправил данные родственника Карпенкова в «Черную книгу Беларуси»
  9. «Я в колонии посидела, а Протасевич играл в компьютер и несколько раз женился». Первое большое интервью с Софьей Сапегой о том, что было после посадки самолета в Минске
  10. Прослушка, секретные эксперты и травля: истории беларусских адвокатов


Советник главы Офиса президента Украины Михаил Подоляк прокомментировал решение Пригожина вернуть свои войска в полевые лагеря и назвал Лукашенко «посредником с сомнительной репутацией».

Советник руководителя Офиса Президента Украины Михаил Подоляк, 22 ноября 2022 года. Фото: Reuters
Советник руководителя Офиса президента Украины Михаил Подоляк, 22 ноября 2022 года. Фото: Reuters

— Феноменальный выбор Пригожина… Ты почти обнулил Путина, взял под контроль центральные органы власти, дошел до Москвы и вдруг… сдаешь назад. Потому что один крайне специфический посредник с сомнительной репутацией (Лукашенко) пообещал гарантии безопасности от человека (Путина), который утром отдал приказ о твоем уничтожении. И за тот страх, который испытала путинская элита на протяжении последних 24 часов, этот приказ непременно будет выполнен… — написал Подоляк в своем Twitter.

Он добавил, что единственная польза от произошедшего — Пригожин унизил Путина, а в его лице государство, и показал, что монополии на насилие больше нет.